предыдущая главасодержаниеследующая глава

Мы "открываем" Турцию

Весной 1965 года были успешно завершены переговоры между турецким антрепренером Керим-беем и Союзгосцирком, стороны заключили контракт. Большой группе советских артистов - в нее входило 57 человек - предстояло "открыть" новую страну на гастрольной карте нашего цирка. И вот 12 июня на прекрасном белоснежном лайнере "Литва" Черноморского пароходства мы вышли из Одессы, взяв курс к турецким берегам. Как-то она нас примет, эта близкая, но совсем нам не знакомая страна?

Спустя двое суток после того, как мы покинули солнечную, веселую Одессу, глазам нашим представился большой экзотический город со множеством белых минаретов мечетей, словно поднимающихся из морских глубин. Это был Стамбул - цель нашего путешествия, первый и, пожалуй, основной пункт наших гастролей, которые должны были начаться здесь через три дня.

Как и во многих других странах, в Турции нет специальных цирковых зданий, и для выступлений в Стамбуле нам был предоставлен местный Дворец спорта - удобное, вполне современное здание.

День нашего прибытия был необычайно жаркий, знойный. Но мы тотчас же энергично занялись подготовкой к началу работы - подвесили аппаратуру, оборудовали манеж, артистические гардеробные, создали конюшни. В короткий срок нам удалось превратить огромное спортивное помещение, вмещающее почти 4600 человек, в настоящий, хорошо оснащенный цирк.

И вот вечером 17 июня при огромном стечении публики состоялась премьера. На ней присутствовали видные представители общественности, культурных и деловых кругов. Среди них были глава Стамбульского муниципалитета Хашим Есан, губернатор Ниязи Аки, командующий Стамбульским военным округом Селями Пекюн.

Из турецкой столицы Анкары на премьеру прибыли многие сотрудники нашего посольства и генерального консульства во главе с послом Н. С. Рыжовым.

Когда я припоминаю тот теплый вечер, перед моим мысленным взором возникает удивительная картина: высоко-высоко над городом в глубокой бархатной синеве висит пронзительно сверкающий серп луны в окружении нереально крупных звезд, усеявших весь небосклон, будто добрый волшебник распростер над нами свой сказочный кафтан. Этим поразительным зрелищем все мы любовались, выбегая после своего номера во двор, чтобы освежиться глотком прохладного вечернего воздуха, в то время как зал грохотал аплодисментами и восторженными возгласами зрителей.

Разумеется, как и в западных странах, в Турции тоже не было недостатка в людях, встретивших нас настороженно, а то и откровенно враждебно. Помню, что фасад здания, где проходили наши гастроли, был в день нашего приезда обильно облеплен антисоветскими листовками- подлыми и глупыми. Их авторы явно рассчитывали запугать и нас, и турецкую публику. Но из этой злобной затеи ничего не получилось, Скорее наоборот. Чем больше неистовствовали антисоветские молодчики, тем больший интерес и симпатию у самых широких масс вызывала наша группа, спокойно, с достоинством делавшая свое дело от начала до конца.

Первое представление как бы задало тон всей гастрольной поездке. Об этом можно судить по таким данным: за двухмесячное пребывание в Стамбуле состоялось 78 представлений,-которые посмотрели, по подсчетам турецкой стороны, примерно двести пятьдесят тысяч зрителей. Между прочим, на одном из спектаклей присутствовала большая группа высших чинов турецкой армии во главе с начальником генерального штаба. От его имени нам были преподнесены три огромные корзины цветов. Нам передали, что начальнику генштаба понравилось не только искусство наших мастеров арены. Человек военный, он обратил внимание на присущую советским артистам безупречную дисциплину и, как нам говорили тогда, порекомендовал всему генералитету побывать на наших представлениях.

Особенно радостно и усердно работали мы по так называемым народным дням. Этими днями были среды, когда мы давали по два представления, билеты на которые продавались по значительно - на 25-30 процентов - сниженным ценам. (Замечу, кстати, что для детей и студентов билеты всегда были удешевленными.) Длиннющие очереди в народные дни выстраивались задолго до открытия кассы. Еще с ночи тысячи стамбульцев терпеливо дожидались возможности приобрести заветные билеты.

В середине августа мы, быстро демонтировав манеж, перекочевали в Измир, где в то время проходила XXXIV традиционная международная ярмарка.

Наши спектакли в Измире проходили в неизменно переполненном шапито, вмещающем 3600 зрителей. Несмотря на угнетающую жару, коллектив наш там давал почти ежедневно по два спектакля - за 32 дня 59 представлений, на которых побывало около двухсот тысяч человек. Глава муниципалитета господин Осмар Кебар пригласил советских артистов снова приехать в Измир.

Надо сказать, что турецкая печать в общем-то доброжелательно отнеслась к нам, широко освещая гастроли, помещая множество фотографий. Особым расположением прессы пользовался мой Гоша, чьи снимки не сходили со страниц газет и журналов самых различных направлений. И какими только лестными эпитетами его не награждали!

Но, конечно, нашлись и в турецкой печати люди, не гнушающиеся нечистоплотными приемами. Какая- то буйная журналистская головушка насочинила, на-пример, будто заслуженная артистка РСФСР Нина Логачева ежедневно танцует на проволоке с риском для двух жизней, так как она, мол, на... шестом месяце беременности. Вот-де, до каких форм эксплуатации артистов "у них там" доходит.

Другой репортер (впрочем, возможно, и не другой, а тот же самый) ошеломил читателей сообщением о том, что наша самая юная исполнительница 19-летняя Наташа Голубцова якобы по уши влюбилась в одного молодого турка. Нехитрая, малоизящная стряпня эта понадобилась для сногсшибательной сенсации: очаровательная советская артистка, дескать, до такой степени влюблена, что готова хоть сейчас оставить родину ради предмета своей любви. Не более и не менее!

Когда на одной из пресс-конференций наш руководитель попытался вразумить авторов (или автора) этих неумных измышлений, кто-то под общий хохот собравшихся неуклюже объяснил:

- Да ведь это вам же делает рекламу...

Что и говорить - оправдание! Вполне на уровне поступков.

Разумеется, отравить нам настроение этими выдумками или помешать успеху нашей работы не удалось. Тем более, повторяю, что самые широкие круги турецкой общественности, в том числе и работники печати, всячески выражали нам свои симпатии.

Мне хочется познакомить читателей с рассказами моих товарищей об этой памятной поездке. Эти рассказы дают ясное представление о том, как мы "открывали" эту страну и как нас там принимали.

Рассказ дрессировщика тигров Александра Александрова-Федотова

- Трогательных встреч и эпизодов у нас было очень много. Меня, например, неоднократно люди узнавали на улице, очевидно, по синему берету, который я постоянно ношу. Многие подходили ко мне, пожимали руки, хлопали по плечу. И, чтобы уж я окончательно убедился, что меня ни с кем не путают, говорили:

- Каплан! Каплан!*

* (Каплан - по-турецки означает тигр. (Прим. редакции.))

Очень внимательно относились к нам турецкие рабочие в цирке и униформисты. Помню, как были обеспокоены эти славные люди, когда тигр Акбар, выйдя дважды из повиновения, пытался броситься на меня. И как они были искренне рады, что оба раза все обошлось благополучно. Это мне навсегда запомнилось.

Рассказ дрессировщика собачек Николая Ермакова

- Мне особенно врезалось в память то, что произошло в день нашего прибытия в Стамбул. Возле Дворца спорта тогда толпились сотни зевак, разглядывая наших четвероногих питомцев - тигров, собачек, лошадей, медведей... Вдруг подошла грузовая машина, доставившая из порта очередную партию нашего груза. На сей раз это было сено для лошадей туркменских джигитов Давлета Ходжабаева. И тут произошло неожиданное: шесть или семь человек весьма преклонного возраста буквально ринулись к грузовику. Схватив по клочку сена, они стали бережно укладывать их в платочки.

- Русское сено!.. Его дух за версту слыхать,- сказала нам со слезами на глазах одна из пожилых женщин на чистом русском языке.

Как оказалось, эти люди - бывшие русские белогвардейцы, которых революция выплеснула за борт родной страны. Теперь они доживают свои дни, снедаемые едва ли не самой страшной болезнью - ностальгией, тоской по родине...

Русское сено
Русское сено

Рассказ клоуна Ивана Девяткина

- Мне очень запомнилась буря, разыгравшаяся в Измире за три дня до конца наших гастролей. С утра ветер был слабый, но к вечеру он рассвирепел, словно взбесился. И вот во время представления в набитом до отказа шапито вдруг повалило одну из опорных мачт. Мы с партнером Евгением Кружковым как раз исполняли в этот момент сценку "Насос". И вдруг такое несчастье - огромная металлическая мачта чуть не обрушилась на головы зрителей. Но они не растерялись: несколько человек тотчас же подхватили ее, что-то громко выкрикивая нам. И тут же мы услышали возглас нашего переводчика:

- Они говорят: "Продолжайте, все в порядке!"

И наметившаяся было вынужденная пауза была немедленно заполнена... Впрочем, ведь заполнять паузы - главное в профессии коверных клоунов.

предыдущая главасодержаниеследующая глава




© Злыгостев Алексей Сергеевич, подборка материалов, оцифровка, статьи, оформление, разработка ПО 2010-2014
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://istoriya-cirka.ru/ "Istoriya-Cirka.ru: История циркового искусства"