предыдущая главасодержаниеследующая глава

Город Умань - военный городок

Город Умань - военный городок. Здесь размещался штаб армии, тут формировались полки. Поэтому в городе было много кадровых офицеров. И директор цирка Лапиадо так составил программу, что в ней было больше артисток. Один кордебалет состоял из сорока молоденьких девушек. А кроме того, в программе участвовала гротеск - наездница Полина Трошкина. Поэтому господа офицеры всем развлечениям предпочитали цирк.

Я уже работал с Полиной Трошкиной в одном цирке, знал ее мужа Дмитрия Кошубина, который, до того как сломал ногу, был жокеем, а потом стал ассистентом у своей жены. Полина, грациозная молодая женщина, работала на собственной лошади по кличке Флора. Флора были изумительная лошадь. Стройная, на лбу белая звезда, ноги до суставов словно в белых чулках, маленькая голова и настороженные уши. Удивительно красивое зрелище представляли они на манеже: изящная наездница в розовом трико и светло-коричневая в яблоках лошадь.

Трошкина пользовалась у публики постоянным успехом, и директора не раз предлагали ей изменить свою фамилию на иностранный манер. Но Полина наотрез отказалась.

- Какая из меня Трошкиниди, когда у меня лицо русское. А потом, пусть знают, что русские артисты могут работать не хуже, а то и лучше иностранных.

- Но тогда тебя будут приглашать в большие города.

- Ничего, если нужно будет,- возьмут и Трошкину.

И верно. Я знаю, что Труцци предлагает наезднице контракт в свой цирк при условии, что она изменит фамилию. Но Полина осталась верна себе, и Труцци пришлось согласиться. Там-то, в Ростовском цирке, я с Полиной и познакомился. А теперь рад был видеть ее в Умани. Но здесь произошла с ней та трагическая история, о которой я узнавал постепенно, когда бывал в городе по увольнительной и прежде всего приходил в цирк.

У меня захватывало дух, когда Полина в темпе, одно за другим делала задние сальто - первый круг, второй, третий. В цирке поднимался шум, кричали "браво". Сам директор Лапиадо, артист-атлет, не мог стоять спокойно.

Закончив номер и соскочив с лошади, Полина, скрестив по русскому обычаю на груди руки, кланялась публике. Аплодисменты не умолкали. Офицеры подкручивали усы и кричали "браво", вызывая Полину на манеж десятки раз. В заключение она очень изящно протанцовывала короткий танец на пуантах.

И каждый вечер в директорской ложе сидел военный начальник Боголюбов. Он приходил только к номеру Полины. И каждый вечер она получала от него цветы и записки. Но все это оставалось без ответа.

Хотя Полина ничего не скрывала от Мити, он, ведя Флору по кругу, кидал злые взгляды на Боголюбова. Он все знал и безумно ревновал Полину.

В один из антрактов в уборную Полины вошел адъютант Боголюбова Милевский. Митя был в гардеробной, но тут же демонстративно вышел. Милевский сделал несколько комплиментов Полине, а потом сказал, что полковник Боголюбов будет счастлив, если госпожа Трошкина любезно разделит с ним компанию с ресторане.

- Передайте полковнику Боголюбову мою благодарность за его любезное предложение, но передайте ему также, что я замужняя женщина и что в стенах цирка работают честные жены.

Митя, который только что вошел в гардеробную, слышал эту фразу. Он сжал в руке стек, а Милевский - рукоятку сабли, и они с минуту молча в упор смотрели друг на друга. Наконец Милевский ретировался. И едва за ним захлопнулась дверь, как Полина бросилась к Мите, обняла его и прошептала ему, что ей никто не нужен, что она любит только его.

Но как ни доказывала Полина свою любовь и преданность Мите, он начал вином заливать свою ревность. Он подсматривал за Полиной, выслеживал ее. И хотя ничего особенного не "высмотрел", успокоиться уже не мог, тем более что Боголюбов продолжал ежедневно появляться в ложе и делал это с упорством, потому что в полку смеялись - цирковая наездница сделала ему "аттанде".

Дело дошло до того, что Кошубин явился однажды на представление не только пьяным-пьян, но в каком-то странном состоянии. Полина почувствовала, что Митя задумал неладное. Встревоженная, подошла к нему, положила руки на плечи и старалась успокоить, чтобы он мог вести на манеже Флору.

После антракта все были на своих местах, не было только Мити. Наконец показался и он. Снял с гвоздя шамберьер, подошел к Полине, подставил ей ладонь, чтобы она вскочила на лошадь. Митя казался совершенно трезвым, но вел себя так странно, что все невольно насторожились.

Полина начала работу. Когда лошадь поравнялась с ложей, Боголюбов бросил розу. Обычно гротеск-наездница старается поймать цветок из публики, но Полина и попытки такой не сделала, роза, скользнув по ее плечу, упала под копыта Флоры.

Первая реприза прошла без всяких заминок, вторая тоже. В паузах, когда клоуны, давая отдых наезднице, разыгрывали сценку, Митя следил за Боголюбовым и Полиной. Заметим это, Боголюбов нагло-насмешливо улыбался ему, словно победитель, хотя ни о какой победе и речи быть не могло.

После паузы Флора должна была идти быстрым галопом, начинались знаменитые сальто Полины. И тут Митя вдруг погнал Флору. Он щелкал и щелкал шамберьером, а Флора все убыстряла бег. Полина стояла на панно, но чувствовала, что лошадь беспокойна и делать сальто опасно. Теперь Полина поняла замысел Мити: он решил изуродовать или убить ее, чтобы она никому не досталась. О том, чтобы отказаться от сальто, и думать нечего - ее завтра же выгонят из цирка. И вот Флора несется по манежу, а Полина никак не может взять темп для прыжка, а разъяренный Митя что-то кричит и даже - о ужас! - хлещет Флору.

Почуяв опасность, все пассировщики, униформисты и артисты встали вокруг манежа наготове. Наконец, улучив наиболее удобный момент, Полина сделала сальто, но в это время Кошубин щелкнул шамберьером, Флора прибавила скорости, и Полина вместо панно пришла на круп лошади и едва удержалась на нем. Второго сальто в темп она сделать уже не могла, и ей снова пришлось ловить удобный момент. Когда она сделала второе сальто, Митя поднес шамберьер к морде лошади, Флора затормозила, и Полина полетела в публику, но пассировщики поймали ее почти в первом ряду.

Теперь даже публика поняла преступные замыслы Мити и начала кричать, чтобы прекратили номер. Но Полина продолжала делать сальто, хотя и не подряд, пока однажды лошадь не ушла вперед на целый метр, и Полина неминуемо сломала бы себе позвоночник, но опытный пассировщик поймал ее и свалился вместе с ней, сломав себе руку. Полина осталась невредима.

В публике стоял невообразимый шум. Боголюбов из ложи грозил Кошубину. Все требовали его убрать.

Наконец директор велел прогнать Митю, а с шамберьером идти инспектору манежа. Но когда инспектор повел Флору, она его не слушалась, плавно не шла и дрожала. В цирке все в нерешительности замерли - директор ждал продолжения работы, публика и артисты - что сделает Полина. Наконец наездница попросила инспектора уйти и унести шамберьер, подошла к Флоре, которая была вся в пене, и стала гладить ее, похлопывать по шее и что-то ей нашептывать. Подбежал конюх, вытер Флору, а Полина все продолжала ее успокаивать.

Чтобы заполнить паузу, клоуны разыгрывали репризу, но на них никто не обращал внимания.

И вот Полина вскочила на лошадь. Оркестр заиграл знакомую мелодию, и Флора пошла тихим шагом. Она шла сама, без шамберьера. Оркестр ускорил темп, и Флора пошла быстрее. Когда она перешла на равномерный галоп, Полина вскочила на панно и уверенно стала делать свои сальто одно за другим. Первый круг, второй круг, третий, четвертый - публика уже вскочила и, стоя, следила за этим подвигом артистки... Наконец Полина сделала последнее сальто, на манеж...

К ней подбежали артисты, подняли ее и на руках унесли за кулисы. Флора осталась одна посреди манежа. Но Полина выбежала к ней, обняла ее, поцеловала и тут же расплакалась. Публика сорвалась с мест. Одни подняли Полину и пронесли ее вокруг манежа, другие ласкали Флору. Сам директор аплодировал, стоя в проходе.

Хотя во втором отделении было исполнено всего два номера, пришлось объявить антракт...

Когда представление окончилось и все разошлись, Полина долго еще не отходила от своей спасительницы Флоры. Кормила и поила ее, гладила и целовала, рассказывала ей свое горе - любимый муж, ее Митя, хотел сегодня ее убить... Когда Полина вернулась домой и, поужинав, собралась ложиться спать, в ставню окна постучали - это был Митя. На него было страшно смотреть. Он просил у Полины прощения, признался, что хотел убить ее или изуродовать, чтобы она ушла из цирка и они бы жили тихо и мирно вдвоем до конца жизни. Он плакал, целовал ее руки и умолял уехать из этого города, уйти из цирка. - Но что же мы будем делать без цирка? - спрашивала Полина.- Без цирка я не могу.

- Но и я не могу видеть, как ты им улыбаешься, этим прощелыгам!..

- Но я же не им, я вообще всем улыбаюсь, нельзя же работать без улыбки...

Так они просидели до рассвета. Наконец Полина сказала, что пора идти на репетицию. Когда Митя подошел к Флоре, лошадь снова задрожала: она стала бояться его. И как ни ласкал ее Митя, она еще долго вздрагивала. Но потом на манеже все наладилось, и они начали репетировать.

И тут появился солдат с букетом цветов.

- От его благородия полковника Боголюбова! - отрапортовал он.

- Передайте его высокоблагородию, что я букет не приняла, и пусть его благородие нас с мужем больше не беспокоит.

Митя вырвал у солдата букет и растоптал его ногами.

На следующий день, снова во время репетиции, явился тот же солдат, но только не с цветами, а с книгой под мышкой. Подошел к Кошубину и спросил:

- Вы Кошубин? Получите повестку.

Полина замерла - это была месть Боголюбова.

К вечеру Митя вернулся домой с обритой головой и в гимнастерке. Перед выходом на манеж Полина на секунду присела рядом с ним и шепнула, что у них будет ребенок. Митя от радости поцеловал ее и еще раз попросил прощения.

Шли дни. Митя - в казарме, а Боголюбов - в ложе. Полине стало уже тяжело работать, но она не имела права прерывать свои гастроли - затягивалась в корсет и делала свои знаменитые сальто.

Однажды директор цирка пригласил Полину к себе и вручил ей письмо.

- От кого? - спросила Полина.

- От полковника.- Полина, не читая, вернула письмо директору и хотела уйти.- Что вы делаете, дорогая Полина? Вы хотите всех нас пустить по миру, вы хотите, чтобы военные бойкотировали наш цирк, чтобы я прогорел, а артисты голодали?

- Да при чем же здесь я?

- Ну что вам стоит посидеть с гостями, где будет полковник? Там будут жены господ офицеров, с вами хотят познакомиться, вы одна, вам скучно.

- Я должна огорчить вас, господин директор, я скоро должна стать матерью.

- Как так - матерью? А как же наш договор, ваш контракт? Ага! Значит, вы меня обманули...

Вскоре после этого разговора Митя не пришел, как обычно, ночевать домой. Наутро Полина отправилась в казарму и узнала, что ночью со своей частью Митя был отправлен на фронт. Полковник Боголюбов продолжал мстить.

...Полина уже не работала. Теперь она сама убирала за Флорой, а потом и вовсе директор предупредил ее, что ему нужно стойло, так как приезжает другая наездница.

Полина начала продавать вещи, чтобы прокормить себя и Флору, своего единственного друга. Тут около Флоры, на конюшне, она и родила сына. Помогала ей жена сторожа.

От Мити не было вестей. Не сидел в ложе и Боголюбов. Полине становилось все трудней. Артисты собирали для нее деньги, старались утешить как могли, вспоминали о Мите. Потом пришло от Мити письмо, где он описывал бой, в котором участвовал. Полина сообщила ему, что у них родился сын и что она назвала его Дмитрием. Но вместо ответа получила сообщение, что Митя убит.

Началась зима. Ребенок болел и вскоре умер. И опять директор вызвал Полипу в контору. Там сидел офицер. Он сообщил Полине, что ее лошадь по кличке Флора подлежит мобилизации - лошади нужны для войны. Полина не заплакала, не упала в обморок, только кроме ненависти она почувствовала и отвращение к тому, кто это сделал. Выбегая из конторы, она крикнула:

- Не отдам Флору! - и бросилась к конюшне. - Вот здорово, мою Флору - в армию, моя Флора - солдат! Она идет защищать царя. Флора, Флора, - приговаривала Полина, гладя лошадь, - ты понимаешь, ты - солдат. - Флора отвечала Полине ржанием, будто все понимала, стояла неподвижно, и из ее глаз катились слезы.

Два солдата силой оторвали Полину от Флоры. Лошадь брыкалась, фыркала, даже кусалась и глазами искала свою хозяйку.

Флору вели по улице, за ней шла Полина и плакала. Их провожала толпа народу. На углу офицер приказал Полине отстать. Последний раз поцеловала Полина свою любимицу, и Флору увели. Полина смотрела ей вслед, а Флора ржала, словно прощалась с хозяйкой.

Утром Полина побежала проведать Флору, по ей сказали, что лошадь погрузили в вагон и отправили к какому-то генералу.

У постели больной, исхудавшей, ставшей за одну ночь седой наездницы сидели товарищи. Они видели, что Полина Трошкина уже никогда не сможет выступать. А Полина больше не плакала, только причитала, иногда даже заговаривалась. Потом у нее началась горячка. Она никого не узнавала и в бреду звала Митю, сына и Флору. Когда болезнь прошла, она еще долго не могла прийти в себя. Жила теперь у сердобольной хозяйки, которая ее подкармливала чем могла. Помогали и артисты.

Однажды на имя Полины пришло письмо, его принес сторож цирка. Хозяйка долго вертела его в руках, не зная, отдавать ли. Может, оно принесет новое горе. В конце концов они со сторожем решили прочитать письмо сами - и оказалось, что оно от Мити, он жив, здоров, был в плену и просит сообщить, ждет ли его Полина или вышла замуж и забыла его. Тогда он знает, что ему делать.

Хозяйка побежала к Полине с радостной вестью. И эта весть возродила настрадавшуюся женщину. Она впервые вполне осмысленно посмотрела, а потом села и написала письмо, описала все, что вынесла за это время, написала, что ждет Митю и любит его по-прежнему.

- Но ведь было сообщение о смерти?! - вдруг обратилась она к хозяйке.- Как же так? - И догадалась.- Ну и каменное же сердце у этого человека!

предыдущая главасодержаниеследующая глава




© Злыгостев Алексей Сергеевич, подборка материалов, оцифровка, статьи, оформление, разработка ПО 2010-2014
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://istoriya-cirka.ru/ "Istoriya-Cirka.ru: История циркового искусства"